Deprecated: mysql_escape_string(): This function is deprecated; use mysql_real_escape_string() instead. in /var/www/fastuser/data/www/beelgorod.ru/engine/classes/mysqli.class.php on line 162 История Белгорода » Информационно-аналитическая служба Белгорода на Беелгород.ру

Новости История Белгорода Белгородский алфавит - знаменитые люди и места Белгорода
Белгород » История Белгорода

Проведение военно-админи­стративной реформы на юге России

После смерти в 1657 г. Богдана Хмельницкого резки осложнилась политическая обстановка на Украине. Новый гетман Иван Выговский и часть казацкой старшины стали ориентироваться на союз с Польшей, на отторжение Украи­ны от России. Против И. Выговского вспыхнуло восстание, подавленное им с помощью татар. В 1658 г. И. Выговский изменил России.
Для военных действий на Украине и в Белоруссии, При­балтике и Карелии требовались новые русские войска. Изыскивая дополнительные возможности для пополнения армии, русское правительство снова обратило внимание на южные области страны и Белгородскую черту. В 1657 г. в инспек­ционную поездку «по черте» отправился один из руководи­телей Разрядного приказа думный дьяк С. И. Заборовский Первая его поездка подготовила проведение военно-админи­стративной реформы на юге России. Одновременно С. И. За­боровский в качестве представителя центральной админи­страции осмотрел укрепления Белгородской черты. По его указанию были дополнены некоторые укрепления на черте, в частности построен стоялый Рудкинский острожек на бе­регу Дона севернее г. Костенска.

Создание Белгородского полка

Военно-административная реформа на юге России пред­полагала создание и постоянное существование крупного во­енного соединения — Белгородского полка. В подчинении белгородского воеводы оказывались подвижная армия, со­ставленная в основном из полков нового строя — рейтар­ских, драгунских, солдатских, а также служилые люди го­родовой службы, составлявшие гарнизоны городов и охра­нявшие черту. Административная власть белгородского вое­воды распространялась на «города Белгородского полка», то есть на ту территорию, где в 1657—1658 гг. перед форми­рованием Белгородского полка проходил набор в рейтары, драгуны и солдаты.
Белгородский полк был сформирован в 1658 г. из жителей 38 южных городов, записанных в рейтары, драгуны и сол­даты; дворян и детей боярских 13 городов; «старых солдат», набранных в основном на солдатскую службу еще в 1653 г.; приказа (полка) московских стрельцов. Таблица 3 показы­вает количество записанных от каждого города в Белгород­ский полк людей и распределение их по виду службы.
Комплектование Белгородского полка проходило в конце мая и начале июня 1658 г. 8 июня 1658 г. думный дьяк С. И. Заборовский и дьяк С. Титов в качестве представителей пра­вительства официально передали в Белгороде под командование воеводы Г. Г. Ромодановского Белгородский полк в со­ставе 19252 человек.

Образование крупного военно-административного округа — Белгородского разряда

Формирование Белгородского полка в 1658 г. повлекло за собой образование крупного военно-административного округа — Белгородского разряда. Попытки организации та­кого округа на юге России с центром в Белгороде или Яблонове предпринимались, как мы видели, с 1646 г. Но до обра­зования Белгородского полка объединение военной и граж­данской власти на юге России в одном центре имело обыч­но временный характер, да и территория, на которую рас­пространялась власть старшего воеводы, определялась не очень четко. После 1658 г. власть белгородского воеводы, имевшего обычно чин боярина или окольничего, уже не оспа­ривается воеводами городов, что нередко бывало раньше. В Белгороде создается окружная канцелярия — Белгород­ская разрядная приказная изба. Укрепленная линия, черта, проходящая по территории Белгородского разряда, законо­мерно в таких условиях должна была получить и действи­тельно постепенно получила наименование «Белгородской черты».
Постепенно уточнялись границы территории Белгородско­го разряда. В 1659 г. в пределы Белгородского разряда или, что то же самое, в число «городов Белгородского полка» входили 17 «украинных городов» — Белев, Волхов, Мценск, Орел, Кромы, Чернь, Новосиль, Елец, Ливны, Талецкий, Чер-навск, Данков, Епифань, Лебедянь, Старый Оскол, Курск, Обоянь, а также все города «по Белгородской черте». За­тем северо-западные города (Орел, Волхов, Белев, Кромы) отошли ко вновь образованному Севскому полку, а в число городов Белгородского полка попали города «за чертой» (Валуйки, Чугуев, Колонтаев, Харьков и др.)- По росписи 1677/78 г. в пределы Белгородского разряда включался 61 город: Ахтырка, Балаклея, Белгород, Белоколодск, Вельский, Богодухов, Болховец, Боромля, Валки, Валуйки, Верхосо-сенск, Вольный, Воронеж, Городной, Данков, Добрый, Елец, Епифань, Ефремов, Землянск, Змиев, Карпов, Козлов, Ко­лонтаев, Коротояк, Короча, Костенек, Краснокутск, Красно-полье, Курск, Лебедин, Лебедянь, Ливны, Маяцкий, Мерефа, Мирополье, Мценск, Нежегольск, Новосиль, Новый Оскол, Обоянь, Олешня, Олыланск, Орлов, Острогожск, Салтов, Со-кольск, Старый Оскол, Суджа, Сумы, Талецкий, Урыв, Усерд, Усмань, Харьков, Хотмыжск, Челновой, Чернавск, Чернь, Чу­гуев, Яблонов. Белгородский разряд в качестве военно-административного округа на юге России существовал до на­чала XVIII в., до реформ Петра I. Воевода Белгородского полка не всегда располагался в Белгороде, в отдельные годы административным центром Белгородского разряда фактиче­ски являлся Курск. Центральным учреждением, ведавшим го-полами Белгородского полка, был Разрядный приказ.

Предмет исследования и особенности источников

Данная  статья  представляет    собой    последовательное географическое описание всех участков Белгородской черты и, следовательно, черты в целом. Она в боль­шей степени, чем другие главы, примыкает к пред­мету исторической географии. Подробного описания Белгородской черты до сих пор сделано не было. Никто из историков не сумел даже правильно, в должной последовательности перечислить все города на Белгородской черте. Ближе других был к этому Д.  И.  Багалей, посвятивший  описанию Белгородской  черты несколько  страниц  своего   капитального   труда   «Очерки   из истории колонизации  и  быта степной  окраины  Московского государства»   (1887 г.). Но и он упустил  из виду г.  Нежегольск, ошибочно поставил Козлов между Усманью и Белоколодском, спутал Челновой городок с Чернавском, допустил еще несколько мелких географических неточностей.
Причины географических ошибок Д. И. Багалея  опреде­ляются своеобразием исторических источников, которыми он пользовался. Дьяки и подьячие Разрядного приказа в XVII в., не располагая подробными картами, делали немало географических ошибок и не любили их исправлять. При переписке документов, весьма частой в XVII в. и осущест­влявшейся обычно перед принятием какого-либо решения, та­кие ошибки повторялись. Невысок был, конечно, и общий уровень географических знаний того времени. Д. И. Багалей не сопоставил актовый материал XVII в. с более поздними географическими картами и перенес некоторые ошибки и географические неточности актов XVII в. в свою книгу, хотя, как известно, картографический материал XVIII в. богат и хорошо сохранился. Географические карты XVIII в. вооб­ще могут служить ценным источником при изучении истории России XVII в., но этим своеобразным источником историки пользуются крайне редко.

Западный фланг Белгородской черты. Находились ли на «черте» города Ахтырка, Боромля и Олешня?

В описаниях Белгородской черты, составленных в Москве и относящихся к 60—70-м годам XVII в., крайним западным городом на черте часто называется Ахтырка (Ахтырский) Ахтырка упоминалась как «город на черте» и в том случае, когда черта описывалась со стороны Белгорода, и в том случае, когда ее рассматривали с запада — или, как говори­ли тогда, «от малороссийских городов». Например, в «Опи­си городов» 1677/78 г. читаем: «По черте ж от Белагорода направо: Болховой, Карпов, Хотмышск, Вольный, Алешня, Ахтырский». Стольнику П. Зиновьеву, получившему распо­ряжение осмотреть и описать в 1669 г. укрепления западной части Белгородской черты, предписывалось: «Ехать Белого-роцкого полку в городы, которые по черте от малороссийских городов — в Ахтырской, на Олешню, на Боровню, на Воль­ной, в Хотмышской, в Карпов, в Болховой, в Белгород, на Корочу, в Яблонов, в Новый Оскол, в Верхососенской, нь Усерд, в Ольшанской, в Острогожской».
П. Зиновьев вскоре ясно и толково написал в Москву, что Ахтырка не на черте («Ахтырский город учинен за чер­тою»), но, несмотря на это, дьяки Разрядного приказа еще некоторое время продолжали именовать его «городом на чер­те». Опираясь на документы, исходившие из Разрядного при­каза, Д. И. Багалей, а вслед за ним некоторые другие доре­волюционные и советские историки считали Ахтырку горо­дом на Белгородской черте. Только с 80-х годов XVIII в. в Разрядном приказе стали называть Ахтырку «городом аа. чертою». Нередко также определялись как «города на чер­те» Олешня (Алешня) и Боромля (Боровня).

Вольновский участок

Крайним западным городом на Белгородской черте яв­лялся Вольный, построенный в 1640 г. Именно в это время начала создаваться укрепленная русская линия по р. Вор­скле, вошедшая впоследствии составной частью в Белго­родскую черту.
Реку Ворсклу в XVII в. называли «Ворскол» или «Ворскл». Сейчас ее так называют украинцы. Ворскла начинается в 35 км северо-западнее Белгорода и течет сначала на юго-за­пад. Миновав г. Вольный, Ворскла немного заворачивает к западу, а затем, приняв справа приток Боромлю, резко уст­ремляется к югу, протекает мимо Полтавы и впадает в Днепр. Участок Ворсклы, начинающийся примерно в 30 км от ее истока и кончающийся ниже речки Боромли, был удо­бен для создания укрепленной линии. Длина этого участ­ка— немногим более 100 км Правый (северный) берег ре­ки — возвышенный, лесистый; левый — низменный, болоти­стый, постепенно повышающийся к югу. Подходя с юга к Ворскле, татары неизбежно должны были спуститься в лож­бину и рано оказывались на виду у наблюдателей с правого берега.
Но сама Ворскла в верхнем течении не являлась серьез­ным препятствием для татар. Как видно из ряда докумен­тов XVII в., Ворскла не была тогда полноводнее современной реки. Особенно мелела она в конце лета. Вот характерный пример. Описывая в 1646 г. укрепления на берегах Ворсклы, воевода г. Вольного Н. И. Белосельский замечает: «А под Углицким острожком летом бывает Ворскол-река мелка и уска, человек перескочит».

Хотмыжский участок

Хотмыжский участок Белгородской черты располагался ближе к дороге татарских вторжений — Муравской сакме, чем соседний — Вольновский. Можно представить себе р. Ворсклу в ее верхнем течении и Муравскую дорогу как две пря­мые линии, сближающиеся к северо-востоку. Чем ближе к вершине этого угла, тем опаснее, напряженнее была жизнь русских людей, пришедших самостоятельно или переведен­ных насильно на берега Ворсклы. На Хотмыжском участке ко времени строительства здесь укрепленной линии было больше татарских «перелазов» с Муравской сакмы через Ворсклу на Бакаев шлях, чем на Вольновском. Если Воль­ный находился в 35—40 км от Муравской сакмы, то Хотмыжск — в 15—20 км. При описании укреплений Хотмыжской зоны все время встречаются упоминания о том, что с правого, высокого берега Ворсклы видна Муравская дорога.
Крайним западным укреплением Хотмыжской зоны яв­лялся стоялый острог на Углицкой горе. Незадолго до осмот­ра П. Зиновьевым укреплений Белгородской черты (1669 г.) острог сгорел, но вскоре, видимо, был построен заново.
Как и в Вольновской зоне, правый берег Ворсклы на Хот­мыжском участке Белгородской черты был высоким и леси­стым. Лес начинался от Углицкой горы и доходил до Рако­вых гор. Поляны укреплены были тарасами и надолбами. В лесу был сделан завал (засека) длиной более 8 км. На­против завала с юга в Ворсклу впадала речка Гравороны. Сейчас при устье этой речки на левом берегу Ворсклы на­ходится современный г. Грайворон.
На Раковых горах стоял второй караульный острожек, окруженный рвом. От острожка лесной завал тянулся на 6 верст, в ширину он имел 30 саженей и заканчивался на Дугиной поляне. От Дугиной поляны завал был «сечен по обе стороны реки Ворскла, с рога на рог». Здесь, на берегу Ворсклы, на самой Белгородской черте, находилось с. Доб­рое. «А то село поселилось того году,— пишет в своем доне­сении П. Зиновьев,— как поставлен город Хотмышской».

Карповский участок

Следующий, Карповский участок Белгородской черты со­стоял из двух резко отличавшихся друг от друга частей. Пер­вая часть проходила по берегу Ворсклы, вторая — вдоль зем­ляного вала. В первой половине было мало искусственных инженерных сооружений, вторая половина участка была пол­ностью сооружена руками человека.
Карповский участок начинался от устья Мощинского Ко­лодезя. По высокому правому берегу Ворсклы здесь, как и на соседнем Хотмыжском участке, рос лес. Вдоль берега ре­ки была устроена засека, которая тянулась до самого г. Кар­пова и имела ширину от 40 до 60 саженей. Главным пре­пятствием для татар здесь являлась не сама река, узкая и мелкая вблизи от своего истока, а болотистая речная долина и лесная засека на высоком правом берегу. Стоялых остро­гов на этом отрезке Белгородской черты не было.
Около г. Карпова лес по правобережью .р. Ворсклы кончался. Продолжать вести укрепленную линию дальше вверх по Ворскле не было смысла. Сама природа как бы побуж­дала русских строителей Белгородской черты сделать здесь, у урочища «Карпова сторожевья», поворот. На Карповом сторожевье существовало старое городище. Насколько нам известно, оно не изучено еще археологами. В монографии И. И. Ляпушкина нет даже упоминания о нем. Размерь этого старого городища сообщает в 1643 г. воевода Н. М. Боборыкин, который выбирал место для строительства г. Кар­пова. Любопытно, что Н. М. Боборыкин измерил «старый вал» и предлагал включить его в систему укреплений Кар­пова.

Болховецкий участок

Следующий участок — Болховецкий был самым коротким участком Белгородской черты, он тянулся примерно на 11 км. Как и предыдущий, Карповский участок, он, несмотря на не­большую протяженность, занимал важное стратегическое по­ложение, непосредственно перекрывая Муравскую степную дорогу — путь постоянных татарских вторжений в Россию в первой половине XVII в. Весь участок проходил вдоль зем­ляного вала. Почти в середине участка, немного ближе к восточному рубежу, находился г. Болховец, или Болховой, четвертый город на Белгородской черте, считая с запада.
Болховец был построен в 1646 г. одновременно с земля­ным валом, на северной стороне речки Везеницы, там, где в нее впадал колодезь Болховец. В документах встречается два варианта названия города — Болховой и Болховец. П.Зи­новьев при описании Белгородской черты в 1669 г. Называет его «Болховец». Мы также решили употреблять это назва­ние, хотя в документах середины XVII в., исходивших из Мо­сквы, город чаще фигурирует как «Болховой». Название «Болховец» было удобнее, понятнее населению; в начале XVIII в. оно постепенно вытеснило слово «Болховой».
Рубежом между Карповским и Болховецким участками являлся «крутой боярак». Земляной вал пересекал его, а для спуска воды, как мы уже отмечали, устроена была «труба», относившаяся к Карповской зоне. В западной части Болховецкого участка, от границы с Карповским участком до г. Болховца на валу находилось четыре земляных городка П. Зиновьев в своем донесении отмечал, что на Болховецком участке вал «таков же», как и на Карповском. Вал шел почти по прямой линии, с северо-запада на юго-восток, не делая поворотов. Это хорошо видно на карте Болховецкого уезда начала XVIII в., где нанесен «вал земляной старинный» Следы вала сохранились и сейчас.

Белгородский участок

Белгород, административный центр Белгородского разря­да и Белгородской черты, имел, как обычный «рядовой» го­род, свой участок. Западная его часть проходила по земля­ному валу, восточная — вдоль р. Северского Донца. Вал тя­нулся от «Болховецкого рубежа» до г. Белгорода на 2124 са­женях, или примерно на 4,5 км. Здесь находились три земля­ных городка. В первом из них, считая с запада, сделана была караульная башня. Вторая башня с проезжими воро­тами стояла на валу у самого Белгорода —«против Стрелец­кой слободы».
О времени основания Белгорода и переносе Белгородской крепости к земляному валу выше уже говорилось. Новая Белгородская крепость, построенная в 1650 г., не раз перестраивалась и укреплялась во второй по­ловине XVII в. Сохранилось несколько описаний Белгорода Мы берем за основу довольно подробное описание города из Белгородской годовой сметной книги, составленное осенью 1676 г., при необходимости сравниваем его с другими опи­саниями Белгородской крепости.
Белгородская крепость была вытянута с запада на во­сток, вдоль северного берега р. Везелицы и состояла из двух частей. Документы XVII в. подчеркивают наличие в Белго­роде «двух городов». Западная, меньшая часть — это «дере­вянный город». Его окружала дубовая острожная стена с трех сторон: с западной, северной и восточной. С юга, со стороны р. Везелицы, деревянный город был прикрыт зем­ляным валом, шедшим к Северскому Донцу с запада, от Карпова и Болховца. Строители Белгородской крепости ис­пользовали в 1650 г. насыпанный перед этим земляной вал и просто «пристроили» к нему три деревянные стены. Высота стен составляла примерно 5 м (две сажени до обламов и три венца обламов). В деревянном городе было четыре про­езжих и семь глухих башен. Около проезжих башен были сделаны «земляные отводные городки». Такие выступы позво­ляли гарнизону вести фланговый огонь по осаждающим.
Периметр деревянного города равнялся 558 саженям (1,2 км). За дубовыми острожными стенами был прорыт глу­бокий и широкий ров: 3 сажени в глубину и 3 — в ширину Однако песчаная почва не позволяла долго сохранять такую большую глубину рва. Его стены осыпались, что неизменно отмечалось в описаниях Белгородской крепости. Заново ров был выкопан в 90-х годах XVII в. во время больших ремонт­ных работ в Белгороде. На этот раз его сделали более ши­роким (5 саженей), но менее глубоким (2 сажени), обло­жили дерном.

Нежегольский участок

Нежегольский участок Белгородской черты состоял из двух различных по своему значению отрезков. Первая, основ­ная часть — это укрепления вдоль р. Нежеголи: земляные валы, надолбы. Здесь был расположен и г. Нежегольск. Все эти укрепления обращены были фронтом на юг; они закры­вали путь татарским отрядам, прорывавшимся с Изюмской сакмы в Белгородский и Короченский уезды через перелазы на р. Нежеголи. Вторая часть Нежегольской военной зоны была обращена фронтом на восток. Здесь Белгородская чер­та поворачивала в северном направлении, а Нежегольский лес был естественным препятствием для татар.
Нежегольский участок начинался земляным валом, насы­панным в излучине р. Нежеголи. Его длина составляла 560 саженей (1,2 км), высота равнялась полутора саженям. У кон­цов вала, непосредственно на берегах реки, устроены были надолбы. На валу располагались два земляных городка. За валом был прорыт ров шириной в полторы сажени и глуби­ной в сажень. Второй земляной вал находился восточнее первого и тянулся на 820 саженей (1,7 км). Он доходил до го­родской стены Нежегольска. Вал защищал и пригородную Станичную слободу, расположенную к западу от крепости. На валу имелось три земляных городка, два «проезда сквозь вал» защищены были дополнительными линиями надолб.

Короченский участок

Короченский участок Белгородской черты, как и предыду­щий— Нежегольский, состоял из двух неравноценных по своему значению частей. Общая протяженность участка рав­нялась примерно 35 км. На двадцати восьми километрах он проходил по лесистому, почти неприступному для татар пра­вому берегу р. Корочи; на семи километрах — по земляному валу. Эти последние семь километров были важнейшей ча­стью короченской военной зоны. Здесь Белгородская черта подходила к Изюмской сакме — излюбленному пути татар­ских набегов.
Крайним южным пунктом Короченского участка было с. Стариково. Его можно найти на современной карте Белго­родской области, на левом берегу р. Корочи. Но ведь Бел­городская черта шла по правому берегу р. Корочи,— на это четко указывает П. Зиновьев. По первому впечатлению ка­жется, что с. Стариково находилось «за чертой». Но почему же тогда П. Зиновьев ничего не говорит об этом? Решить этот вопрос помогают нам географические карты XVIII в. На карте конца XVIII в. мы находим два села Старикова,— одно на правом, другое — на левом берегу р. Корочи. На картах XIX в. остается уже одно село, на левом берегу. Ока­зывается, в XVII в. село находилось на правом берегу, а и XVIII в. после прекращения татарских набегов «перешагну­ло» через р. Корочу и расположилось в значительно более удобном месте.

Яблоновский участок

Яблоновский участок был одним из самых важных и опас­ных на Белгородской черте. Здесь Белгородская черта пере­резала Изюмскую степную дорогу, проходившую между р. Ко­рочей и верховьями небольших правых притоков р. Оскола. На Изюмской дороге прежде находился «лес яблонов неве­лик», давший название роднику, а затем и городу на Белгородской черте. До строительства г. Яблонова татарская сакма обходила с двух сторон этот лесок, росший на возвышен­ности в степи.
Западный отрезок Яблоновского участка проходил по зем­ляному валу. «Межевая» башня, относившаяся к военной зо­не Корочи, делила земляной вал Короча — Яблонов на две примерно равные половины. В каждой половине было по 7 км. В яблоновской зоне на этом валу находилось 6 деревян­ных башен. Наиболее крупными башнями были средние — третья и четвертая. Земляной вал заканчивался у г. Ябло­нова проезжей башней. От нее к городу шел дубовый острог, острожная стена доходила до рва, окружавшего городские стены.
Г. Яблонов был построен в 1637 г. Важность стратегиче­ского положения Яблонова требовала наличия мощных город­ских укреплений. Мы также знаем, что Ябло­нову одно время отводилась роль центра всей создаваемой черты. Поэтому в отличие от соседних городов на Белгород­ской черте Яблонов имел две линии укреплений.

Новооскольский участок

Западный фланг Новооскольской зоны, как мы уже гово­рили в предыдущем разделе, выдвигался на правый берег р. Оскола, в Голубинский заповедный лес. Но укрепления Но­вооскольской зоны начинались фактически с левого берега Оскола и шли в восточном направлении, к верховьям Тихой Сосны. Г. Новый Оскол в отличие от других городов-крепо­стей Белгородской черты находился на краю своей военной зоны. Город был построен в 1647 г. на левом берегу р. Оско­ла при устье речки Белого Колодезя. В течение нескольких лет он имел другое название — Царев-Алексеев. Сохранилась строельная книга — подробнейшее описание только что по­строенного города, посланная воеводой В. Львовым в Москву в сентябре 1647 г.. Городская острожная стена была укреп­лена изнутри тарасами. Крепость имела 13 башен, из них 4 с воротами; была окружена рвом. Все башни были шести-стенными. Наиболее высокие башни у Усердских проезжих ворот (14 саженей) и у Валуйских проезжих ворот (13 7/8 са­жени) находились на восточной и южной стенах. Почти с тридцатиметровой высоты этих башен хорошо был виден идущий к Верхососенску земляной вал и расположенный впе­реди, за чертой, на берегу Оскола Жестовой острожек. Этот стоялый острог, построенный на Жестовых горах, являлся своеобразным передовым укреплением Нового Оскола.
Какова же была длина городских стен с башнями? Раз­личные источники дают разные цифры, так как город изме­ряли саженью разных размеров. По строельнои книге 1647 г. окружность крепости составляла 569 саженей, по «Описи го­родов» 1677/78 г.— 529 саженей. И в том и в другом слу­чае добавлено «с полусаженью», что говорит о довольно тща­тельных измерениях. Новооскольская сажень 70-х годов, не­сомненно, была ближе к «московской указной сажени» (2,13 м), чем сажень воеводы Львова в 1647 г. Ведь к 70-м годам предприняты были уже небезуспешные попытки унификации мер длины в России.

Верхососенский участок

Следующий за Новооскольским Верхососенский участок Белгородской черты начинался западнее речки Сосенки, при­мерно на стыке современных Новооскольского и Красногвар­дейского районов Белгородской области. На Верхососенском участке продолжался земляной вал, точно такой же по своим размерам, как и в Новооскольской зоне. В 1673 г. здесь, как и на Новооскольском участке, крымские татары во мно­гих местах выжгли дубовый ослон. На валу от края Верхососенского участка до речки Сосенки находилось 8 земляных городков. У речки Сосенки местность понижалась. На за­ливном лугу земляной вал по обыкновению обрывался и про­должался уже в виде Тарасов. Вместо вала были «рублены тарасы клетками косые», общей длиной в 21 сажень. Тарасы были засыпаны землей и дополнительно укреплены с южной стороны дубовым ослоном.
От Сосенки Белгородская черта делала небольшой пово­рот к северо-востоку в сторону города Верхососенска и Верхососенского леса. На валу между речкой Сосенкой и запо­ведным Верхососенским лесом было устроено 5 земляных городков. У конца вала располагался «деревянный городок» От городка в лес уходила линия надолб.

Усердский участок

Усердский участок Белгородской черты шел по левому, северному берегу Тихой Сосны. Эта река была в XVII в. зна­чительно более полноводной, чем сейчас. Во многих местах ее окружали леса, болота, заросли камыша. Искусственные сооружения укрепленной линии здесь дополнялись естествен­ными.
Крайним западным укреплением Усердской зоны был стоя­лый острог при устье Гридякина Колодезя. Он располагался южнее современного с. Гридякина на берегу Тихой Сосны. Городок имел квадратную форму (13 саженей в длину и столько же в ширину), был обнесен деревянной стеной. В нем находились посменно служилые люди г. Усерда. Острожек этот имел два названия — «Раздорский» и «Гридякин». Ов был построен одновременно с г. Усердом в 1637 г. «в Сосенских раздорах». Раздорами тогда называлось место слия­ния двух истоков Тихой Сосны,— развилка, которая откры­валась перед путниками, поднимавшимися по Тихой Сосне вверх.
Промежуток между опушкой Верхососенского леса и бе­регом Тихой Сосны был перегорожен надолбами. Они тянулись «позади городка» на 650 саженях (1,4 км) и заканчива­лись «у болота», примыкавшего к Тихой Сосне. Надолбы не давали татарам прорваться мимо острожка на восток между Верхососенским лесом и р. Тихой Сосной. Вся линия надолб хорошо просматривалась из острожка. Описав стоялый ост­рог у Гридякина Колодезя и надолбы, П. Зиновьев замечает-«А тот городок и надолбы поставлены на Кальмиюской сакме». Здесь находилось одно из ответвлений Кальмиусской дороги. Западнее Гридякина Колодезя существовал татар­ский брод через Тихую Сосну, описанный в 1636 г. Ф. Сухо­тиным и Е. Юрьевым. От Гридякина острожка и проходив­ших за ним надолб вниз по Тихой Сосне до г. Усерда П. Зи­новьев в 1669 г. не нашел деревянных и земляных укрепле­ний. Он сообщает, что здесь «на осьми верстах по обе сторо­ны реки Сосны болоты, и мхи, и лес, и ивняк, и ольшняк ча­стой.., проезду и проходу не бывает». Примерно на середине этого 17-километрового участка Белгородской черты находил­ся овраг — «Бирючий лог». Позже здесь возник г. Бирюч, ныне с Красногвардейское, районный центр Белгородской области

Ольшанский участок

Ольшанский участок Белгородской черты проходил, как и Усердский, по р. Тихой Сосне. Стык Усердской и Ольшан­ской военных зон находился в большом Иловском лесу, при­мерно у современного с. Колтуновкй Алексеевского района Белгородской области. В пределах Ольшанской военной зо­ны засека в лесу была устроена на двух верстах. Она выхо­дила к восточной опушке Иловского леса, откуда начинался земляной вал. По обыкновению в лес заведены были надолбы, которые вплотную примыкали к валу. Размеры земляно­го вала были таковы: высота — полторы сажени, ширина вни­зу— три сажени, ширина вверху — полсажени Среди вала построено было 5 деревянных башен. Общая длина земля­ного вала составляла примерно 4 км От конца вала к г. Ольшанска шла острожная стена длиной в 171 сажень, вы­сотой в 2 сажени.
Кроме засеки и земляного вала с башнями, к западу от Ольшанска в Ольшанской военной зоне находилась еще одна крепость. У старого татарского Чесночного брода примерно в 6—7 км выше г. Ольшанска был построен стоялый острог. Он располагался на правом, южном берегу Тихой Сосны, «за валом». Укрепление было окружено дубовой стеной и имело квадратную форму — 5x5 саженей. Острожек был хорошо виден с городских стен и башен Ольшанска. В донесении воеводы Р. Неплюева о строительстве острожка (1648 г.) острожек назван «Орловым», он назывался также «Чесноч­ным» по имени брода. Сейчас у бывшего Чесночного бродя проходит граница Белгородской и Воронежской областей

Острогожский участок

Следующий, Острогожский участок Белгородской черты начинался сразу же за Осиновым острогом. По данным П. Зиновьева, «от Ольшанского рубежа» и далее «до Песковатого броду» вдоль Тихой Сосны тянулись болота, рос лес Песковатый брод был перекрыт дубовым частиком, который стоял «по берегу реки Сосны в воде». П. Зиновьев замечает, и то частокол поставлен «в 174-м году» и что «тот частик кре­пок»91. П. Зиновьев осматривал частик осенью 1669 г., или в 7178 году по старому русскому летоисчислению. За три с половиной — четыре года дубовые столбы в воде не утратили прочности. Позади частика, параллельно ему по берегу сдела­ны были «кобылины», представляющие собой наклонно вко­панные столбы. Этих укреплений, видимо, было достаточно. Между Песковатым и Полубенским бродами на 2 верстах снова тянулись «топи и болота». Полубенский брод также был перекрыт частиком, поставленным в воде на 26 саженях. Болота и лес по обе стороны Тихой Сосны продолжались и ниже Полубенского брода, вплоть до г. Острогожска. «Летом проезду и проходу здесь не бывает»,— сообщает об этих ме­стах П. Зиновьев.
Острогожск был построен в 1652 г. по близости от впадения в Тихую Сосну речки Острогощи и получил имя по этой реч­ке. Длина крепостных стен, поставленных «по-острожному», составляла, по данным «Описи городов» 1677/78 г., 490 са­женей. Город имел 9 башен, крупнейшей из которых была Московская. Как явствует из строельной книги Острогожска, наблюдатели, находившиеся на Московской башне, видели верховья речек Лиски, Марка и Татарин липяг, расстояние до которого по прямой линии 33 км. В 50—60-х годах суще­ствовал тайный ход из крепости к колодцу, но затем коло­дец «занесло мелом». По сравнению с Ольшанском Остро­гожская крепость имела недостаток. Она была построена не на такой береговой круче, как Ольшанск, а лишь на неболь­шой возвышенности левого берега Тихой Сосны. Более вы­соких мест поблизости не было. Но этот недостаток компен­сировался высотой одной из острогожских башен.

Коротоякский участок

В 1669 г. Коротоякский участок начинался примерно в 4 км севернее Рыбинского острога, там, где к Тихой Сосне примыкал земляной вал длиной в 498 саженей. Этот вал, как и вал поперек речки Острогощи, входил во вторую линию укреплений. Он мог понадобиться защитникам Белгородской черты только в том случае, если бы татары перешли Тихую Сосну у Рыбинского острога и устремились к Коротояку. Не таких прорывов не было, и вал оказался ненужным. В 1669 г. вал фактически не был завершен: в трех местах оставлены места для башен, а башен не было. П. Зиновьев распорядил­ся все же привести вал в порядок. Распоряжение П. Зиновь­ева было выполнено,— «Опись городов» 1677/78 г. уже от­мечает наличие на этом валу трех башен: одной проезжей и двух глухих. Вниз по Тихой Сосне от вала тянулись леса и болота. Белгородская черта, не доходя немного до устья Тихои Сосны, поворачивала на север к Коротояку
Город Коротояк был построен на правом, высоком берегу Дона в 1647 г. Крепость имела 8 башен и в плане напомина­ла квадрат. Высота крепостных сген, срубленных «по-городовому», равнялась 2 саженям, длина стен составляла 396 са­женей (832 м). С трех сторон за крепостной стеной был ров с  четвертой   (северо-восточной)   находился   крутой  обрыв   к Дону.  Несмотря на  наличие в  крепости двух колодцев   су­ществовал подземный ход длиной в 70 м   Он выходил к  Дону и мог быть использован не только для снабжения крепо­сти водой, но и для неожиданных вылазок гарнизона в слу­чае осады. Пригородные слободы опоясывала полукругом до­полнительная линия укреплений,  которая  выходила  к Дону южнее и севернее города. Она состояла главным образом из двух   параллельных   плетней,   скрепленных   вверху    Между плетнями была насыпана земля. Высота конструкции равня­лась 1 сажени. А. Еропкин в  1669 г. определил длину этой наружной линии укреплений    в    2189    саженей  (4 6 км)

Особенности Белгородской черты в пределах Воронежского уезда. Участок Борщева монастыря

Двигаясь к северу по Дону, по Белгородской черте, мы приблизились к районам, заселенным значительно раньше сооружения черты. На предыдущих участках, за исключени­ем района Белгорода, основание городов и сел, заселение края шло одновременно со строительством Белгородской чер­ты и составляло с ним, по сути дела, единый процесс. Отра­жением этого явления на географической карте было совпадение границ участков Белгородской черты с границами но­вых уездов.
В Воронежском уезде наблюдается иная картина. Доволь­но большой по размерам Воронежский уезд сложился еще в конце XVI в. Здесь черта создавалась на уже заселенной тер­ритории. Некоторые старые укрепления просто были вклю­чены в состав Белгородской черты, другие — построены за­ново. В социально-экономическом аспекте мы уже рассмат­ривали этот вопрос. Здесь мы рассмотрим его в аспекте историко-географическом.
В ходе сооружения Белгородской черты на территории Воронежского уезда были построены городки Костенек, Ор­лов и Белоколодск, заселенные мелкими служилыми людь­ми. С этими горочками были снизаны некоторые окрестные села, где жили тоже главным образом мелкие служилые лю­ди; эта связь была в значительной мере военной, служебном В Костенске, Орлове и Белоколодске особенно ощущалось поенное назначение этих городков. Около каждого из них сложилась своя военная зона, свой участок Белгородской черты, с четко определенными границами, со своими укреп­лениями. Но уездов около них к описываемому нами времени не возникло,— для этого не было экономических условий, да и городки были невелики по сравнению с Воронежем. В 60—70-х годах XVII в. Костенек, Орлов и Белоколодск считались «пригородами» Воронежа. Если иногда документы того времени говорят об их «уездах», то всегда имеется в виду именно военная зона этих городков, их участки Белго­родской черты. Переписная книга 1678 г. включает Костенек, Орлов и Белоколодск в Воронежский уезд.
cup Вход на сайт    cup Регистрация Все развлечения Белгорода cup Наш опрос cup Лучшие новости cup Архив новостей

Rambler's Top100 Информационно-аналитическая служба Белгорода - beelgorod.ru
Перепечатка и использование материалов сайта
возможна с указанием ссылки на beelgorod.ru


Warning: Unknown: open(/var/lib/php/session/sess_6il9ab75tkcbeja26glr94viu7, O_RDWR) failed: Permission denied (13) in Unknown on line 0 Warning: Unknown: Failed to write session data (files). Please verify that the current setting of session.save_path is correct (/var/lib/php/session) in Unknown on line 0