Новости История Белгорода Белгородский алфавит - знаменитые люди и места Белгорода
Белгород » История Белгорода » Белгород - юг России » Сторожевая и станичная служба

Сторожевая и станичная служба

Русские города и села отделялись от районов татарских кочевий сотнями километров степных и лесостепных про­странств. Напрашивалось организовать в степи разведку.
Выдвинутые вперед, в степь, отряды конных русских воинов могли заранее узнать о движении татар, предупредить об этом правительство, население. Хорошо организованная раз­ведка давала возможность заранее подготовиться к татар­скому нападению, собрать войска, нанести татарам ответный удар.
К XVI в. сторожевая служба уже имела историю и тра­диции. В летописях встречаются упоминания о посылках в южную степь русских сторожевых отрядов еще в эпоху фео­дальной раздробленности. В 1380 г. московский князь Дмитрий Донской посылал в степь сторожей, которые вниматель­но следили за движением хана Мамая и привозили сообще­ния князю81. Сторожи известны и в XV в. Но организация сторожевой службы в южной степи в общегосударственном масштабе стала возможной лишь в XVI в., после объедине­ния всех русских земель вокруг Москвы и образования Рус­ского централизованного государства.
Первым и, пожалуй, единственным исследователем сто­рожевой службы в России был И. Д. Беляев; его основную работу по этому вопросу мы разобрали в историографическом обзоре. После работы И. Д. Беляева развитие русской сторожевой службы в целом не изучалось, появлялись лишь статьи по сходным и частным вопросам. Используя как источники, введенные в научный оборот И. Д. Беляевым, так и некоторые другие документы XVI—XVII вв., мы постараем­ся показать сторожевую службу на юге России в историче­ском развитии, выяснить ее значение перед сооружением Бел­городской черты.
Что же такое сторожи и станицы, в чем их отличие? Сторо­жа— это наблюдательный пост, состоявший из нескольких всадников, которые обычно должны были ездить по неболь­шому, заранее намеченному участку, взад и вперед, напри­мер поперек татарской дороги. Смена сторож производилась в зависимости от ряда причин (расстояния от города, величины опасности) через несколько дней, неделю, даже через месяц. Станицы представляли собой дозорные подвижные от­ряды, выезжавшие из города в степь по заранее установлен­ному маршруту и возвращавшиеся в город. Была у ста­ничников и в XVI и в XVII вв. еще одна обязанность — под­жог степей, осуществлявшийся нередко на больших простран­ствах. Степь жгли, как говорится в одном документе, для того, «чтоб в приход воинским людем лошадей накормить было нечем».
В середине XVI в. большое значение имели сторожи и ста­ницы, выезжавшие из северских городов Путивля и Рыльска на юго-восток. Географическое положение этих городов поз­воляло им получать наиболее раннюю информацию о выступ­лении крымских татар. Эти сведения передавались в Москву. Например, в 1552 г. путивльский станичник Иван Стрельник сообщил в Москве, что крымские татары идут на русские города и «уже Донец Северский перелезли».
В 1571 г. общерусским руководителем сторожевой служ­бы стал князь М. И. Воротынский. В Москву из южных го­родов были вызваны знатоки степной окраины — дети бояр­ские, станичники, сторожа, вожи (проводники). Именно из расспросов этих людей, проведенных в Разрядном приказе и записанных в «сторожевую книгу», мы узнаем о многих де­талях организации сторожевой службы на степной окраине до 1571 г. Большой интерес представляет и сам факт созыва такого представительного военного съезда. Тогда же был составлен замечательный устав сторожевой службы. Нельзя считать автором устава одного М. И. Воротынского. Этот документ был плодом коллективного творчества участников съезда, о чем говорит и сам текст («боярин князь Михаиле Иванович Воротынский приговорил с детьми боярскими, с станичными головами и с станичники»).
В уставе давалось определение задач сторожевой служ­бы: чтобы «украйнам было бережнее, чтоб воинские люди на государевы украйны войною безвестно не приходили». Под­робно говорилось об обязанностях сторожей. Кто-либо сторожей должен быть всегда на коне, спешиваться все од­новременно не имели права. Запрещалось делать остановки в лесах, разводить огонь для приготовления пищи дважды на одном месте. Каждый сторож обязан был иметь двух хороших коней. В уставе разъяснялось, как поступать при обнаружении татар. В то время как один из сторожей сооб­щал о появлении врага в ближайший город, другие должны были зайти в тыл татарам и определить численность врагов по оставленным следам. Устав устанавливал сроки стороже­вой и станичной служб: с 1 апреля до «больших снегов».
Принципиально новым в сторожевой службе было введе­ние с 1571 г. общерусских сторожевых постов в южной сте­пи, помимо станиц и сторож, высылаемых из отдельных городов. Решено было организовать 4 общерусских сторожи поста, каждую под руководством стоялого головы. Первая (если считать с востока) устраивалась на правом берегу Вол­ги при устье речки Балыклеи, вторая — «на Дону у Вешек» (район современной станицы Вешенской в Ростовской обла­сти), третья — на р. Осколе при впадении в него речки Убли, четвертая — на р. Сейме при устье речки Хона. Позже первая сторожа передвинулась к Тилеорманскому лесу (рай­он современного г. Борисоглебска Воронежской области), вторая перешла к устью р. Тихой Сосны, третья осталась на своем месте — на р. Осколе, четвертая выдвинулась на р. Северский Донец к устью р. Уд. Так располагались эти общерусские сторожим посты по росписи 1577 и 1578 гг..
Стояли они большую часть года — весной, летом и осенью. Одновременно на четырех сторожах находилось около 400 человек. Между всеми четырьмя сторожами проводились постоянные разъезды казаков-сторожей по 6 человек по точ­но установленным маршрутам. Место расположения общерус­ских сторож, количество людей в них, расписание разъездов устанавливались ежегодно в конце зимы в Разрядном при­казе сначала под руководством М. И. Воротынского, а за­тем Н. Р. Юрьева.
Общерусские сторожевые посты существовали до возник­новения «на поле» первых городов: Воронежа и Ливен, последний раз они были установлены на 1585 г. Правда, к это­му времени вместо четырех общерусских сторож остались лишь две центральные. Сторожа у Тилеорманского леса ока­залась ненужной — там татары в 80-х годах не ходили, а у Северского Донца достаточно было путивльских сторож. Воз­можно, что и хозяйственный кризис в центральных районах России в 70-х — начале 80-х годов XVI в. сыграл роль в уменьшении числа общерусских сторож.
Большое внимание при реорганизации сторожевой служ­бы в 1571 г. было уделено путивльским и рыльским стани­цам. Прежде станицы, видимо, выезжали в степь эпизодиче­ски, теперь было составлено строгое расписание. Из Путивля станицы должны были выезжать по двум направлениям, из Рыльска — по одному; разъезды начинались с 1-го апреля. Для уточнения маршрутов путивльских и рыльских станиц были посланы князь М. Тюфякин и дьяк М. Ржевский. После осмотра местности М. Тюфякиным и М. Ржевским путивльские и рыльские станицы продвинулись дальше на юг, чем раньше.
Историки до сих пор обращали внимание на военное зна­чение реорганизации сторожевой и станичной службы в 1571 г. Мы хотим подчеркнуть и политическое значение этих мероприятий, в частности поездки М. Тюфякина и М. Ржев­ского в южные степи. На крайних точках станичных разъез­дов М. Тюфякин и М. Ржевский весной 1571 г. устроили спе­циальные пограничные знаки. На огромном дубе, росшем у истоков р. Миуса, был высечен крест, на дубе в верховьях р. Орели выбиты имена Тюфякина и Ржевского, год, месяц и число. Этим актом как бы утверждались официальные границы Русского государства в южной степи, которые вы­двигались вплоть до р. Миуса. Считалось само собой разу­меющимся, что русские станицы ездили по своей земле, по территории Русского государства. Теперь их путь лежал до границы.
Среди решений о реорганизации сторожевой и станичной службы, принятых в Москве в феврале 1571 г., было специ­альное постановление «о путивльских севрюках». Местные неслужилые жители северской земли — «севрюки», ездившие прежде на донецкие сторожи по найму, за деньги, теперь отстранялись от дела. В сторожи и станицы впредь можно было посылать только служилых людей, но никак не наемников. Путивльскому воеводе предписывалось поверстать новых де­тей боярских поместными и денежными окладами. Разреша­лось также набрать в казачью службу 100 конных казаков «а служить им посылки полские и сторожи с земли без де­нег».
Категория: История Белгорода » Белгород - юг России.
 (голосов: 1)
cup Другие новости из категории
История Белгорода » Белгород - юг России :
cup Вход на сайт    cup Регистрация Все развлечения Белгорода cup Наш опрос cup Лучшие новости cup Архив новостей

Rambler's Top100 Информационно-аналитическая служба Белгорода - beelgorod.ru
Перепечатка и использование материалов сайта
возможна с указанием ссылки на beelgorod.ru